Оптимизм по поводу разработки и выпуска вакцин против COVID-19 подстегнул усилия по эффективной регистрации и установлению личности вакцинированных. Это послужило толчком к новым дискуссиям, как создать «паспорт вакцинации», который позволил бы его владельцу путешествовать в разные страны, вернуться на работу, ходить в школу, посещать мероприятия или работать с уязвимыми группами населения.
Как и в случае с разработкой вакцин, решения развиваются впечатляюще быстро. Но в чем именно заключаются проблемы, и как может выглядеть внедрение решения?
Как минимум в паспорте вакцинации должны быть указаны данные о человеке, тип полученной вакцины и дата вакцинации. Например, в случае с пограничным контролем иммиграционному органу потребуется достаточно много информации для ответа на различные вопросы. Действительно ли этот человек тот, за кого себя выдает? Аккредитован и признан ли в стране назначения поставщик вакцины? Признана ли указанная вакцина в стране назначения? Прекратится ли ее действие, пока человек находится в стране? И как я узнаю, что эта информация достоверна и не подделана?
Помимо всех этих сложностей, существует также неопределенность в стойкости приобретенного иммунитета, эффективности вакцин при разных типах заболевания или продолжительности их действия. А поскольку пандемия коронавирусной инфекции COVID-19 является глобальной проблемой, успешное решение должно вписываться в существующие в каждой стране системы — иммиграционный контроль, вход в здание, механизмы идентификации.
Более того, успешное решение должно быть как технологически продуманным, так и подходящим: в высокотехнологичном решении мало пользы, если оно не работает, когда садится батарея смартфона или когда пограничный пропускной пункт работает исключительно в ручном режиме или не подключен к центральной базе данных.
Урок из истории: развитие электронных паспортов
Последний исторический пример — появление электронных «умных» паспортов, которые содержат биометрические данные, такие как фотография или отпечаток пальца, зашифрованные на машиночитаемом чипе, что позволяет сотрудникам иммиграционной службы (или автоматическим пропускным пунктам) быстрее проверять документ и удостоверять личность владельца паспорта. Сейчас они есть в большинстве стран, но у Международной организации гражданской авиации (ИКАО) ушло 50 лет на разработку соответствующих стандартов.
Другая проблема связана с нетривиальными вопросами безопасности. К ним относятся обеспечение конфиденциальности информации, защита от несанкционированного изменения, подтверждение источника, гарантия взаимной аутентификации чипа в паспорте и считывающего устройства, а также сохранение целостности открытых и секретных ключей, необходимых для установления соединения.
Достоверные источники также высказывали опасения, что используемая бесконтактная технология подвержена скиммингу (посредством которого данные могут быть считаны другим устройством и затем либо использованы злонамеренно, либо скопированы) и даже удаленному перехвату данных. Эти опасения высказывались и в 2005 году, когда несколько стран, в том числе США, уже ввели биометрические паспорта.
Далее возникла проблема определения места, где должны находиться сами данные. Правительства хранят паспортные данные самостоятельно, но кто, например, будет хранить данные инфраструктуры открытых ключей (PKI) — секретные и открытые ключи для доступа к персональным данным физических лиц? Еще один вопрос: имеет ли надзорный орган, в данном случае ИКАО (учреждение ООН) полномочия вводить правила, процедуры и стандарты по вопросам, возникающим в границах суверенных государств, входящих в ее состав.
Некоторые беспокоятся, будут ли цели отдельных стран совпадать с целями группы в целом. В случае с ИКАО вопрос заключался в том, имеют ли представители той или иной страны в таких органах, как рабочая группа ИКАО, ответственная за разработку технических стандартов чипа и биометрических данных, свои собственные интересы, будь то коммерческие или национальные.
Вместе с тем техническая рабочая группа ИКАО пыталась оценить конкурирующие технологии и идти в ногу со стремительно развивающимися технологическими инновациями. С 1994 по 1997 год заседания не проводились, а когда группа все же собралась в 1998 году, ее внимание было по-прежнему сосредоточено на штрих-кодах. В 1999 и 2000 годах биометрические методы не были основным пунктом повестки дня; в 2001 году не было проведено ни одного заседания.
Тем временем отдельные страны, такие как США, продолжали реализовывать собственные планы. Например, после атак на Всемирный торговый центр в 2001 году правительство США значительно ужесточило требования к машиночитаемым биометрическим паспортам, ссылаясь на работу самой ИКАО, и пригрозило исключить страны из списка безвизовых, если они не интегрируют эту технологию. В конечном итоге в 2016 году путешественников с подобными визами обязали использовать такие паспорта [1].
Все эти проблемы привели к медленному внедрению технологии. К 2011 году менее половины стран-членов ООН выдавали паспорта [2]. Эта история — предостережение для всех тех, кто мечтает о введении паспортов вакцинации по щелчку пальцев.
Взгляд в будущее: необходимость стандартов и сотрудничества
Маловероятно, что все эти проблемы возникнут и в случае с паспортом вакцинации. Срочная необходимость в решении очевидно привлекает внимание политиков, поставщиков технологических решений и представителей сфер индустрии, страдающих от пандемии коронавирусной инфекции COVID-19. Однако сама по себе эта срочность может стать препятствием и породить целый ряд несогласованных инициатив.
Конфиденциальность по-прежнему остается нерешенной проблемой. После широкого внедрения биометрического иммиграционного контроля защитники конфиденциальности выразили обеспокоенность по поводу того, кто может получить доступ к таким данным, используются ли данные для дискриминации или других целей, например для борьбы с преступностью. Они также подняли сложные вопросы, кто владеет данными, а также имеет ли право человек просматривать свои данные и при необходимости корректировать их.
Эти уроки были хорошо усвоены: практически все основные инициативы по созданию паспортов вакцинации подчеркивают необходимость того, чтобы люди контролировали и владели медицинскими и идентификационными данными, они могли видеть и высказывать мнение о том, как эти данные используются.
Однако не все ситуации с электронными паспортами применимы к паспорту вакцинации. Одно из отличий состоит в том, что паспорта вакцинации могут в конечном итоге быть как в физическом, так и цифровом виде, а также существовать в полностью цифровом виде, либо в персональном приложении, либо онлайн. Бумажный вариант, например компьютерная распечатка или карточка, подойдет людям без мобильных телефонов; но его легко потерять, а конфиденциальные данные могут быть разглашены, изменены или подделаны. Таким образом, паспорт должен содержать элемент для онлайн-проверки, скорее всего, с помощью QR-кода, и у пользователя должна быть возможность при необходимости распечатать другую копию.
Поэтому усилия сосредоточены на разработке стандартов, которые, если не полностью контролируются одним органом, например как электронный паспорт, то по крайней мере обеспечивают возможность взаимодействия. Чтобы решить эту проблему, фонд ID2020, основанный компанией Microsoft, Accenture, вакцинным альянсом GAVI и Фондом Рокфеллера, недавно разработал принципы Good Health Pass Principles. Эта программа одобрена большинством основных участников ключевых инициатив в области паспортов и должна помочь разработать концепцию совместимой системы цифровых паспортов здоровья.
Такие усилия крайне необходимы. С учетом того, что так много людей тратят время и ресурсы на поиск справедливого решения этой проблемы, обеспечение слаженной работы станет самой серьезной задачей. Широко распространено мнение, что по возможности следует использовать открытые стандарты и масштабировать их в условиях пандемии коронавирусной инфекции COVID-19 и заболеваний, которые придут на смену ему.
Но если открытые стандарты, то какие именно? Инициатива COVID-19 Credentials Initiative (CCI), открытое глобальное сообщество, организованное Linux Foundation Public Health (LFPH), пропагандирует использование технического стандарта по учетным данным, созданного в рамках Консорциума Всемирной паутины (W3C), основной организации, разрабатывающей веб-стандарты. Однако самому этому решению всего лишь год, и поэтому для его широкого внедрения и признания может потребоваться время.
Согласно представителям Good Health Pass Collaborative: «Ясно одно: в этой борьбе за рынок маловероятно, что единое решение будет реализовано везде или хотя бы только в индустрии путешествий». Действительно, наличие одного решения может быть нежелательным: у правительства могут быть разные требования к авиакомпаниям или месту проведения мероприятий. Однако это также может привести к фрагментации, которая подрывает преимущества систем цифровых паспортов здоровья для системы здравоохранения и экономики.
Есть и другие проблемы, не относящиеся к техническим или организационным, но с которыми нужно бороться, например социальная сплоченность и этика. Если правительства решат, что вакцины эффективные, разрешат ли они людям с паспортом вакцинации начать использовать его немедленно или будут ждать, пока все желающие (или обязанные) не пройдут вакцинацию? Ущемляется ли таким образом свобода передвижения?
Решение этих проблем будет критическим для успеха новой экосистемы паспортов вакцинации. Несмотря на то, что многие организации прикладывают большие усилия для совместной работы над решением проблем, остается вопрос, удастся ли им вовремя изменить ситуацию в условиях существующей пандемии.
Список литературы:
[1] “Travel to United States now requires biometric passports”, Cayman Compass.
[2] “E-passports spread to half the globe”, SecureIDNews
